Дмитрий Николаевич Киршин

писатель, учёный, общественный деятель

Где опубликовано

1. Дмитрий Киршин. Времена души: Стихотворения и поэмы.– СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 1995.
2. Дмитрий Киршин. Между небом и землёй: Стихотворения, поэмы.– СПб.: Реноме, 2012.

Исповедь

«Во смятении каюсь…
Я нищ, безнадежен и слаб –
Не отвергни, мой пастырь,
пришедшего в Божеский дом –
Все проклятия мира вобрал
изувеченный раб!..
Пусть Хранитель обнимет меня
перебитым крылом…

Чьей печатью отмечен мой путь?
Что ведёт по нему –
Страх ли, ненависть, Каина зов,
слепота иль беда?
Я заброшен в безвременье лет,
точно камень во тьму!..
Ночь души затянулась…
боюсь, темнота – навсегда.

Пусть Хранитель обнимет…
Я сам эти крылья ломал!..
Даже в ранней любви – и тогда
Дух Святой не помог:
Помню трепет, блаженство, глаза…
дальше – бездна, провал!
Верно, насмерть забил бы любовь,
да очнулся у ног!..

Я очнулся… Был на сердце крик,
но ясна голова…
Тело до дому нёс…
Бог шептал или пел Сатана –
Так похожи у них голоса!..
и невнятны слова…
Я молиться хотел,
но мольбу заглушила вина.

Отпусти мне грехи! Отпусти
с бесприютной Земли!
Кто вселился в меня, пусть умрёт
вместе с духом моим!..
Брошу крест золотой –
и нагнусь за подковой в пыли,
И опять не услышу
Того, Кем на свете храним…

Иль душа моя – ставка
в неведомой тайной игре?!
Демон кости бросает –
я знаю, что выпадет боль.
Милосердный мой пастырь,
не дай позабыть о добре!
Снова кажется: Бог –
Люцифер, приглашённый на роль!..

Мне всё чудится с той
окаянной июльской поры:
Плыл с ребёнком на лодке
мерцающей гладью реки…
Я хотел засмеяться,
но кости верховной игры
Повелели иначе,
легли бытию вопреки!..

Пеленою затменья
спустился бесовский туман:
Начал сына топить –
видно, Бог проиграл этот кон!
Наслаждение казни пьянит
алой свежестью ран!..
Но Господь отыгрался –
и детский послышался стон…

И поныне он спрятан в устах,
онемевших навек, –
Стон без гнева и слёз…
Тишина оглушает меня!
Я не ставил свечи
за спасение сирых калек.
Я не ставил свечи –
не нашлось в моём сердце огня…

Пусть же Ангел простит
за бескрылую гордость раба:
Я не взмыл над собой
и не пал пред сияньем святынь.
Убиенная вера
бессмысленной ношей горба
Придавила к земле
пилигрима безбожных пустынь…

Я сегодня забрёл за ограду,
к могилам родным…
Письмена поминальные –
словно отметины бед:
Кто-то канул безгрешным,
а кто-то преклонно седым…
Здесь и дед мой, и прадед –
теряется памяти след…

Может, бес потревожил
дремавшего варвара сон…
Только… я сокрушил
безответные эти кресты!
Память предков топтал,
презирая небесный Закон,
Брешь пытаясь пробить
в неподъёмной плите мерзлоты!..

Я очнулся!.. очнулся…
Зачем я очнулся, мой Бог?!
Оправдания нет,
и спасения нет, и любви!..
Пожалей меня, пастырь,
я в битве с собой изнемог!
Подбери меня, Ангел,
смирившийся мой визави!..

Сгину горькою каплей
в одной из безжизненных рек,
Что по воле Творца
поглощают порок искони!..»
• • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • • •
На руинах разбитого храма
стонал человек…
«Изгони этот век из меня!
Изгони! Изгони!..»